cmpax_u_pagocmb (cmpax_u_pagocmb) wrote,
cmpax_u_pagocmb
cmpax_u_pagocmb

Categories:

Об изменении смысла слова «кулак» в 19 и 20 веке


/Только что убиенный (?) Государь советуется с кулаком и клыкастым священником по актуальным вопросам (1918)/

Во время коллективизации негативный смысл слова «кулак» был утрачен. Раскулачивали лучших людей деревни, без которых она в итоге и умерла. С тех пор кулак – это крепкий хозяйственник, сильный крестьянин, который вопреки Марксу не нуждался в диктатуре пролетариата, чтобы хорошо жить.


/Владимир Маяковский пытается защитить детей африки крестьян от кулаков (1920)/

Репрессии по классовому принципу казались в СССР вполне естественными (во всех детских книжках бедные противостояли богатым). Но, оказывается, в Российской империи слово «кулак» имело совсем другой смысл.


Так называли не земледельца, а сельского ростовщика. Энгельгардт в качестве синонимов приводит «пиявица» (пиявка) и «мироед» (пожирающий общину). Оцените изящество советской пропаганды, которая задумала снискать себе народную поддержку и создавала видимость, что высылают только ненавистных ростовщиков, а вовсе не крестьян. В итоге миллионы «кулаков» сгинули за Уралом, а слово, омытое их кровью, утратило первоначальный ругательный смысл.


/Борис Ефимов разъясняет, что кулаки теперь выглядят по-другому (1933). Ему можно верить, раскулачивание уже закончилось, деревня обезглавлена, начался дежурный поиск классового врага./

Далее слово Энгельгардту:


Известной дозой кулачества обладает каждый крестьянин, за исключением недоумков, да особенно добродушных людей и вообще "карасей". Каждый мужик в известной степени кулак, щука, которая на то и в море, чтобы карась не дремал. Я не раз указывал, что у крестьян крайне развит индивидуализм, эгоизм, стремление к эксплуатации. Каждый крестьянин, если обстоятельства тому поблагоприятствуют, будет самым отличнейшим образом эксплуатировать всякого другого, все равно, крестьянина или барина, будет выжимать из него сок, эксплуатировать его нужду. Все это, однако, не мешает крестьянину быть чрезвычайно добрым, терпимым, по-своему необыкновенно гуманным, своеобразно, истинно гуманным, как редко бывает гуманен человек из интеллигентного класса. Но при всем том, нажать кого при случае -- нажмет. Если скот из соседней деревни, в которой нет общности в выгонах, будет взят крестьянами в потраве, то они его не отдадут даром. Если крестьяне поймают в своем лесу порубщика, то вздуют его так, что он и детям своим закажет ходить в этот лес -- потому-то в крестьянском лесу не бывает порубок, хотя там нет сторожей и полесовщиков. Как бьют воров и конокрадов -- всем известно. Помещик скорее, чем крестьянин, простит потраву, поруб, воровство. Так себе простит, помещику это ничего не стоит, он добро не своим хребтом наживал. Каждый мужик при случае кулак, эксплуататор, но пока он земельный мужик, пока он трудится, работает, занимается сам землей, это еще не настоящий кулак, он не думает все захватить себе, не думает, как бы хорошо было, чтобы все были бедны, нуждались, не действует в этом направлении. Конечно, он воспользуется нуждой другого, заставит его поработать на себя, но не зиждет свое благосостояние на нужде других, а зиждет его на своем труде. От такого земельного мужика вы услышите: "Я люблю землю, люблю работу, если я ложусь спать и не чувствую боли в руках и ногах от работы, то мне совестно, кажется, будто я чего-то не сделал, даром прожил день". У такого земельного мужика есть и любимый непродажный конь. Такой мужик радуется на свои постройки, на свой скот, свой конопляник, свой хлеб. И вовсе не потому только, что это доставит ему столько-то рублей. Он расширяет свое хозяйство не с целью наживы только, работает до устали, недосыпает, недоедает. У такого земельного мужика никогда не бывает большого брюха, как у настоящего кулака.
Из всего "Счастливого Уголка" только в деревне Б. есть настоящий кулак. Этот ни земли, ни хозяйства, ни труда не любит, этот любит только деньги. Этот не скажет, что ему совестно, когда он, ложась спать, не чувствует боли в руках и ногах, этот, напротив, говорит: "работа дураков любит", "работает дурак, а умный, заложив руки в карманы, похаживает да мозгами ворочает". Этот кичится своим толстым брюхом, кичится тем, что сам мало работает: "у меня должники все скосят, сожнут и в амбар положат". Этот кулак землей занимается так себе, между прочим, не расширяет хозяйства, не увеличивает количества скота, лошадей, не распахивает земель. У этого все заждется не на земле, не на хозяйстве, не на труде, а на капитале, на который он торгует, который раздает в долг под проценты. Его кумир -- деньги, о приумножении которых он только и думает. Капитал ему достался по наследству, добыт неизвестно какими, но какими-то нечистыми средствами, давно, еще при крепостном праве, лежал под спудом и выказался только после "Положения". Он пускает этот капитал в рост, и это называется "ворочать мозгами". Ясно, что для развития его деятельности важно, чтобы крестьяне были бедны, нуждались, должны были обращаться к нему за ссудами.
Tags: Российская империя, Энгельгардт, история, совок
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment